florida_rus

Баллада об очках

Михаил Ландер
капитан дальнего плавания, ветеран Второй мировой войны,
лауреат премии журнала «Флорида» – 2003г.

— Доктор, кажется, мне нужны очки.
— Они вам точно нужны, потому что это банк.

Мне нравится этот милый анекдот. Особенно с тех пор, когда у меня появились проблемы со зрением, и где банк, а где поликлиника стал различать с трудом.
Но речь в этом очерке пойдет не о глазных болезнях, а просто об очках как бытовом предмете.
Эти очки я храню как память о самом первом моем дне в Майами. Было это 5 марта 1995 года. Раннее утро и яркое ослепительное солнце взошло над пустынными пляжами. Тогда-то я и решил, что пора приобрести темные очки. И хотя у меня было несколько пар, хотелось приобрести дымчатые или серо-зеленые.
Хотя, если честно, темные очки я почти никогда не надевал, что, к сожалению, привело меня позднее к печальному результату.
На работе, даже в тропиках и арктических водах, где солнце особенно нещадно, на капитанском мостике тёмные очки я не использовал. Особенно они меня раздражали при швартовке. Я привык пониже опускать козырек «капитанки» и прищуривать глаза. Биноклем пользовался редко. Зрение было, как у орла. Сейчас не верится, а раньше, то, что в бинокль с трудом разглядывали штурманы, я отчетливо видел простым глазом.
Пренебрежение к биноклю и солнцезащитным очкам привело меня к близорукости. Хотя очки у меня были. И сам покупал, и дарили. Помню, в августе 1975 года на рассвете мы подходили к порту Бизерта в Тунисе. Только взошло солнце, полный штиль, и солнца было так много, что казалось, вода сейчас расплавится. Подошел катер. Он высадил рыжего лоцмана в огромных темных очках и фуражке с непомерно длинным козырьком с лоцманским вензелем «Pilot». Мы поднялись на мостик, я представил ему вахту. Лоцман заказал курс, скомандовал: «Фул эхед! (Полный вперед!)» – и вышел вслед за мной на крыло мостика.
Казалось, мы плывем по расплавленному золоту. Недаром август в этих краях называют белым. Обрывистые ярко-желтые берега Бизерты с восходом золотят море. И только к полудню вода переходит в золотисто-голубой цвет. Не знаю, где снимали «Белое солнце пустыни», но там, в Тунисе, мне всегда вспоминались строки Булата Окуджавы: «Ваше Благородие, госпожа чужбина, жарко обнимала ты, да только не любила…»
После швартовки я пригласил лоцмана к себе на кофе. Войдя в каюту, он снял фуражку и бросил в нее свои огромные очки. «Мастер, – обратился он ко мне, – а почему вы не оберегаете глаза? Ведь это так просто, а глаза запасные еще не продаются».
Я выложил на стол несколько пар своих очков – обычный советский ширпотреб. Лоцман все внимательно перепробовал. «Неплохие – сказал он, – так в чем дело? Почему не носите?» – «Просто не люблю, они мне мешают», – объяснил я. – «Так у вас просто фобия, вы должны себя перебороть и избавиться, как от вредной привычки. Посмотрите на мои очки – это Цейс-Хамелеон. Я сегодня закажу вам такие же. Пришлю в подарок. Получите перед отходом». – «Не стоит, это слишком дорогой подарок, мне крайне неловко», – смутился я. Он улыбнулся: «Я – не бедный человек». В благодарность я подарил лоцману бутылку «Кристальной».
Через три дня тоже утром мы уходили из Бизерты. И на мостике я надел новые цейсовские очки, присланные накануне. Первым не выдержал старпом: «Мастер, хорошие очки, но вы в них, как черепаха Тортилла». Все вокруг хмыкнули. «Зависть, товарищ старпом, – не лучшее качество, – срезал я его. – Не знаю, сколько они стоят, но, думаю, – это дорогой подарок».
Вечером, разбирая подписанные агентом счета, я увидел квитанцию за очки. По тем временам – сумасшедшие деньги для советского моряка. За цену этих очков я мог бы купить куртку жене.
Но даже это не сработало. Очки мне быстро надоели: поносил немного и забросил в ящик стола, как и все предыдущие.
С тех пор прошло много рейсов, утекли годы, и однажды я сошел на майамский берег. Именно в тот, самый первый день в Майами, я решил взяться за свои глаза и немедленно приобрести очки. Я выехал из гаража и доехал до светофора, чтобы повернуть налево. И вдруг меня так ослепило солнце, отраженное от стекла, идущего впереди автобуса, что я остановился на середине поворота, закрыв ладонями глаза. Сразу образовалась пробка, раздался хор гудков. Ко мне подошел полицейский. Я ему объяснил кратко, что ослеплен. Он сначала хотел вызвать скорую, но зрение вскоре восстановилось. Тогда полицейский сел за руль и отвел машину на обочину для оформления штрафа.
Узнав, что я моряк, полицейский признался, что и он в прошлом тоже. Разговорились. Он подробно расспрашивал о войне, о том, как перегонял я через Атлантику из Америки в Черное море тральщик… А потом полицейский отложил папку в сторону и сказал: «Капитан, я вам сделаю необычный подарок, – и он вытащил из сумки очки «Хамелеон» в тонкой золоченой оправе с двойной переносицей. – Носите на здоровье!».
Мы пожали друг другу руки, и он взял мою капитанскую визитную карточку. Перепуганная жена спросила, какой штраф нам платить? «Да нисколько», – сказал я. – «Такого в Америке не бывает», – удивилась она. – «Бывает, – сказал я. – И вот эти очки, подарок полицейского в наш первый день в Майами, мы отметим в ресторане».
Весь этот день я носил очки, пока жена не сказала: «А дома можно снять». После этого случая моя фобия к очкам исчезла. Я добросовестно уже много лет ношу разные солнцезащитные очки. Но те, подаренные в первый день, храню до сих пор. Интересно, жив ли еще тот полицейский? Если нет – добрая ему память.
Фото Александра Росина, журнал «Флорида-RUS».

Журнал "Флорида-RUS" – июль - 07(223) 2019г.

Рубрика «Капитанский мостик».

Все тексты на сайте журнала http://www.florida-rus.com

Error

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.