Журнал "Флорида-RUS" (florida_rus) wrote,
Журнал "Флорида-RUS"
florida_rus

Categories:

Живая страница журнала "Флорида" 01(169) -2015г. Цирковая столица Майами.

«Друзей моих прекрасные черты появятся и растворятся снова»

«Друзей моих прекрасные черты появятся и растворятся снова»Норд Майами Бич – цирковая столица Майами. Ни в одном из 34 городков, включенных в округ Майами-Дейд, нет такой концентрации бывших советских и российских мастеров манежа.
Последнее время мы встречаемся реже, достаточно телефона и фейсбука. Но тут прикатил на день из Большого Яблока акробат Аркадий Бурдецкий, выпал, что называется, повод. Кого успела, Лина Никольская собрала.
Я со своей физиономией в кадр не влез, а тех, кто влезли, я сфотографировал, вот они, представляю:
слева – направо – канатоходец Николай Никольский, акробат Аркадий Бурдецкий, клоун Вилен Меликджанян, клоун-дрессировщик Людмила Мусина, канатоходец Лина Никольская. Здесь в скобках я бы еще добавил, что трое из пяти – Вилен, Людмила и Лина, – авторы журнала «Флорида».
Мы славно и радостно пообщались, как говорят, «подежурили». На цирковом сленге «дежурить» – болтать на самые разные, связанные с цирком и манежем темы, вспоминать живых и ушедших артистов, их номера, всякие печальные и забавные случаи.
Когда-то я любил эти ночные посиделки после представления. Мне повезло общаться и слушать всякие цирковые байки от мастеров этого жанра, рассказчиков самого высокого уровня, среди которых были эквилибрист Юрий Половнев, клоун Юрий Никулин, мастер конной дрессуры Алексей Соколов, клоун Грачик Кещян…. Когда-то у меня набралось столько баек, что в 1991 году в Минске я издал книжку. Она так и называлась «Розыгрыш. Цирковые истории». В нее вошли истории от все того же Алексея Соколова, Юры Дурова, Славы Бегбуди, Андрея Николаева… о каждом из них в пору писать книгу воспоминаний. Но хотя бы рассказанные байки сберечь…
У меня был друг, звали его Александр Шнеер. Это был замечательный человек. Автор первой советской азбуки. Автор фразы «Мы – не рабы, рабы – не мы!» Автор театральной и цирковой энциклопедий. И хотя он был старше меня на 59 лет, это никак не мешало нам дружить. И когда я мог, ехал в его очень скромную квартирку на Хорошевке. И мы пили вино, закусывая яичницей с сосисками и килькой в томатном соусе и говорили, говорили, говорили об артистах и их номерах. Александр Яковлевич заканчивал огромную работу. Она называлась «Неизвестное и известное о цирке». Но 1994 году Мастер умер. Ему исполнился 101 год. Как выяснилось, и в 101 год бывает ранняя смерть. Книгу Шнеера отправили не в типографию, а в архив. И это при том, что у Александра Яковлевича практически не было врагов(какие могут быть враги у нищего интеллигента?), но были мощные покровители, включая Юрия Никулина. И все равно книга не вышла. Работа многих десятилетий пропала.
Вот я и подумал: звучит, конечно, смешно, но ведь и я когда-то умру. Значит, какие-то цирковые байки, которые я еще помню, умрут вместе со мной. А если умрут они, значит умрут и люди, о которых были рассказаны эти истории, правда? Буду вспомнинать и рассказывать потихоньку. И начну с этой. Потому что как раз в дни, когда мы собрались у Лины, российский цирк мог бы праздновать большой юбилей – 100 летие со дня рождения клоуна Константина Бермана. Нет, не праздновал российский цирк, забыл напрочь. Да и кому вспоминать в России об умерших клоунах, если и живые там не особенно нужны? Вот и решил помянуть.
Сидим в курилке за кулисами Минского цирка с эквилибристом Юрием Половневым. Он уже не курит, но терпеливо сносит мой дым, тем более, что здесь удобно, уютно и всех, кого надо увидеть, увидишь. Вот идет силовой акробат Борис Лавин. Он быстро проходит мимо, потом вдруг оборачивается и, как будто что-то вспоминая, говорит мне:
- Вы ведь Росин? О цирке пишете?
- Да, бывает.
- А почему вы обо всех в программе пишите, а о нас с Канарским – нет?
- Знаете, Борис, – говорю я, – не обо всех я пишу, а только о тех, кто мне интересен.
- Вы пишите о тех, на кого есть разнарядка вашего редактора?
- Журнал, в котором я работаю, называется «Рабочая смена», и редактор был бы рад, если бы я меньше писал о цирке, а больше о пролетариях.
- А вы знаете, – голос Бориса Лавина становится громким и тревожно-нервным, – вы знаете, что перед вами первый еврей-артист цирка, получивший звание заслуженного артиста РСФСР?
У Шукшина это называлось "срезал". Следующим ходом он обзовет меня прихвостнем антисемитов.
- А как же тогда Кио? Тоже еврей. И даже народный, – приходит на помощь Половнев.
Я не сдерживаюсь и начинаю хохотать:
- Классное звание: «Народный еврей Российской Федерации»!
Лавина злит мое веселье. Он поворачивается ко мне боком и говорит Юре:
- Иллюзионистом быть – не много ума надо. Ящики открывать любой может. Ты назови акробата.
- Константин Александрович Берман. Он хоть и клоун, но и акробат был от бога, – говорю я.
Борис Лавин обиженно фыркает и пропадает где-то в коридоре. Мы с Половневым недоуменно смотрим друг на друга. А потом некоторое время молчим. Я вспоминаю десятки великих цирковых артистов-евреев, которых мог бы назвать Лавину в качестве аргумента, а о чем молчит Половнев, не знаю.
Потом он говорит:
- Ах, Костя Берман, какой великий артист! Хорошо, ты вовремя вспомнил. Я уж хотел назвать Гену Ротмана, но не был уверен, делали они с Маком акробатические номера. А Костя… Помнишь его «выходную» репризу? Великий, великий артист… И Саша Родин, племянник, в него пошел. Тоже будет заслуженным, помяни мое слово. Хоть и еврей…

Полностью тексты январского 01(169) -2015г.номера "Флориды" вы можете прочитать на сайте журнала www.florida-rus

    Tags: Флорида и флоридцы, Цирк
    Subscribe

    • Post a new comment

      Error

      default userpic

      Your reply will be screened

      Your IP address will be recorded 

      When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
      You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
    • 0 comments