Журнал "Флорида-RUS" (florida_rus) wrote,
Журнал "Флорида-RUS"
florida_rus

Приложение к журналу "Флорида" Ежемесячник "Парус - FL" , Жизнь после 60-ти. Сергей Сахнов

ЖИЗНЬ ПОСЛЕ 60-ТИ

Об открытии новой рубрике «Жизнь после 60-ти» мы объявили в сентябрьском номере газеты в эпилоге беседы автора журнала «Флорида» бывшего моряка, а ныне писателя и журналиста Сергея Сальникова с его однокурсником по мореходному училищу капитаном дальнего плавания Сергеем Сахновым.
Кто такой капитан Сахнов и почему именно ему мы поручили такое ответственное дело – вести рубрику? Капитан Сахнов редкий, можно сказать, уникальный человек. Он из тех, кто сумел пронести свои детские мечты и грезы через всю жизнь. Их мало, таких людей. Это про них сказал когда-то один из плеяды великих путешественников покоритель морей Эрик де Бишоп: «Не тратьте понапрасну силы, пытаясь убедить нас, что мы сумасшедшие: мы сами это знаем».
Когда Сергей Сахнов сошел с мостика судна, которым управлял, он не захотел присоединяться к сонму пенсионеров-бездельников. И в 60-т с гаком отправился на велосипеде вокруг света. Потом были другие путешествия: по снегам Аляски, по льдам Байкала... Обо всем этом, но главное – о том, как достойно, ярко и по-юношески смело жить в любом возрасте Сергей Сахнов рассказывает нам в своей рубрике.
                                                                 История Третья.   

Сергей Сахнов
     ТОЧКА ВОЗВРАТА,
ИЛИ
НЕТ ТАКОЙ ГОРЫ, КОТОРУЮ НЕЛЬЗЯ ОБОЙТИ  Ратрак – огромная  семитонная  снегоуплотнительная  машина с широченными гусеницами - подворачивает  вправо и, немного  заскользив  боком  под  крутой уклон, останавливается  с большим креном  на правый борт, водитель  машет  рукой через широкое  заднее  окно. Нам пора. Я напряжён, как перед  первым в жизни прыжком с парашютом много лет назад в Аризоне, и меня  откровенно поколачивает мелкая дрожь – то ли от холода, то ли от перевозбуждения.
- Сергей! – кричит мне Азнор, мой проводник. – Я иду первым, ты за мной, прыгай с машины осторожно  и сразу надёжно врубайся кошками  в снег. Я молча киваю головой.
Азнор легко выпрыгивает с левого борта, на его спине маленький рюкзачок.
Какой там прыжок, я  с трудом преодолеваю наклонную грузовую площадку, вылезаю на гусеницу и сползаю с неё на склон, движения мои скованны, и я никак не могу расслабиться. Глухая  ночь, крутой склон  заснеженной горы, за пределами видимости наших налобных фонарей, - черная  бездонная пустота. Я не боюсь, просто  у меня хорошее воображение.
Водитель ратрака терпеливо ждёт, пока мы приведём себя в боевое состояние и начнём  восхождение на вершину Эльбруса.
     На  каждого из нас надета так называемая страховочная поясная система с карабином для страховочной верёвки, закрепленном на ремнях  впереди немного ниже пояса. Это и будет точка подвеса, в случае срыва и  падения, не дай бог.
      Азнор достаёт верёвку из своего рюкзака, складывает её вдвое и крепит один конец за мой карабин, второй – за свой. С этого момента  мы в  пятиметровой связке,  и что бы ни случилось  во время восхождения,  у нас одна судьба. Я начинаю  понемногу успокаиваться, он  опытный  альпинист, настоящий горец – сухой и поджарый, и по горам  он ходит как по ровному полю на зависть мне, да и моложе меня он почти на 22 года.
    14-01
Сняв рукавицы, достаю сотовый телефон, нужно знать, во сколько мы начинаем восхождение; давлю большим пальцем  сразу на все кнопки, и на экране появляются крупные цифры 03.12,  а чуть ниже – 13/11/2013 (Ср). Пока я вглядывался  в экран, пошла 13 минута четвёртого ночи, не многовато ли  чёртовых дюжин на сегодня, проносится мысль. Мой маленький термометр показывает  восемь градусов ниже нуля, мы на высоте 4 800 метров. Дует западный ветер около 5 метров в секунду, всё благоприятствует нашему восхождению.
  Шум ратрака затихает далеко внизу, Азнор начинает движение влево и вверх и вскоре исчезает  из моего поля зрения.
-         Сергей, держись по направлению верёвки, -  слышу я сверху его голос. Я делаю первый шаг, восхождение началось.

      Первого ноября этого года я, проработав практически без единого выходного 7 месяцев и семь дней, сошёл с борта  55-метрового судна под названием «Полярный медведь» на Аляске.
Третьего ноября вечером я  уже приземлился в аэропорту города Минеральные воды, пролетев половину земного шара по маршруту Анкоридж – Портленд – Нью-Йорк – Москва – Минеральные воды.
Чистое время в полёте на  5 самолётах составило почти 22 часа. Разница во времени между Аляской и местным  московским временем - 12 часов. Излишне объяснять, в каком состоянии я находился по прилёту в Минеральные воды, да и честно говоря, летать я не люблю. Пятого ноября, вечером, я уже стоял  у подножия знаменитой горы Чегет в местечке под названием Поляна Чегет в Кабардино-Балкарии, в нескольких километрах южнее горного посёлка Терскол, расположенного в Баксанской долине на высоте  2 100 метров над уровнем моря. Мне повезло сразу, маленькая, подвижная  женщина лет семидесяти по имени Келимат, продавщица сувениров, , предложила примерить папаху из белой овечьей шерсти. Мне она понравилась, и я её купил. Мы разговорились, и я спросил её, не знает ли она, где можно нанять проводника.
- Подожди минуточку, я сейчас позвоню моему племяннику Азнору, он, кстати, недавно поднимался на Эверест, – с гордостью сказала она, – и лучшего проводника здесь не найти.
- Вы хотите подняться на вершину, но сейчас не сезон и меньше чем за тысячу долларов я не возьмусь за эту работу, кстати, как вы переносите холод? Там сейчас может быть минус 25 градусов и ниже. Есть ли у вас снаряжение, опыт восхождения?
- По деньгам будем считать, договорились, – отвечаю я, – к холоду привычен, а опыт – дело наживное, за этим я и приехал сюда.
Через двадцать минут мы уже подбирали горное снаряжение для меня в ближайшем прокате. Начиная с этого момента и на ближайшие 8 дней, я оказался в полной власти Азнора.
  10 ноября, закончив утюжить местные вершины до 3 300 метров, мы поднялись по  канатной дороге на  «Приют бочки»   на   высоте 3 700 метров и приступили к  заключительному этапу подготовки перед восхождением на вершину Эльбруса. Восхождение  запланировали в ночь с 11 на 12 ноября, но потом перенесли на 13 число  из-за непогоды на горе. Правильнее, конечно, говорить попытка восхождения, а про слова, штурм вершины или покорение лучше вообще забыть.
14-104
- Не спеши, иди в своём ритме, очень важно правильно дышать, – говорит Азнор, обучая меня ходить в очень неудобных стальных кошках.
   С дыханием я справился быстро, помогли многолетние занятия гимнастикой Тайдзы  Цуань. День солнечный, очень тепло, и мокрый снег налипает на подошвы ботинок, продвижение вверх очень медленное, я всё чаще и чаще останавливаюсь. Дело даже не в физической подготовке, с этим у меня всё в порядке, просто не хватает кислорода.
Через несколько часов мы добираемся до «Приюта-11», высота 4 200 метров, слева видны остатки сгоревшей гостиницы, справа база МЧС, там  летом дежурят спасатели.
Азнор смотрит на меня и говорит, что на сегодня, пожалуй, хватит. Я с ним согласен. Две вершины Эльбруса – западная слева, восточная справа – выглядят совершенно безобидно и совсем рядышком, рукой подать, но это впечатление обманчиво.
- Посмотри налево, - говорит Азнор, показывая на  глубокую  ложбину  слева от «Приюта-11», - это место ещё при советской власти назвали трупосборником.
Название  этого страшного места режет слух и проникает глубоко в сознание , но точнее не придумаешь. Большинство несчастных, срывающихся со склона Эльбруса, в основном во время спуска, прикатываются сюда. Конечно, уже  бездыханными. Подтверждением тому служит несколько десятков мемориальных стальных  табличек  и фотографий с именами погибших, закреплённых на небольшой  скале. Читаю одну из них, капитан первого ранга из Севастополя (фамилию я не записал).
- Как сюда занесло военного  моряка? - ни к кому не обращаясь, говорю я.
- Да так же, как и тебя, Сергей, – отвечает  Азнор.
Впервые в  моей жизни благодаря объяснениям Азнора до этого ничего для меня не значащие слова – отёк головного мозга, отёк легких, кислородная недостаточность (гипоксия), потеря аппетита (анорексия), дегидратация – приобретают реальный смысл и добавляют остроту ощущений моему очередному приключению. Конечно, до отёка головного мозга и лёгких, думаю, дело не дойдёт, не те высоты, но кто его знает, всё индивидуально. Потеря аппетита при колоссальных нагрузках последних пяти дней уменьшили мой  вес на  7 кг, но  меня ещё много,  почти 102 кг, и  я без сожаления расстанусь ещё как минимум с пятью кило, нет никакого смысла тащить их наверх, - и без этого тяжело.
Я чувствую, что я физически готов  идти на вершину, единственное, что меня серьёзно беспокоит, это гипоксия (кислородная недостаточность) и сильное сердцебиение по ночам. Практически каждую ночь я все еще часто просыпаюсь от удушья и с трудом восстанавливаю дыхание и иногда выпиваю таблетку аспирина, чтобы унять головную боль. Впрочем, ничего необычного в этом нет, и на профессиональном сленге всё это безобразие, которое творится  со мной, называется «горняшка» или «акклимуха», а на нормальном языке – просто горная болезнь, и с ней я справляюсь, надо признаться, на «троечку», но все же справляюсь.
            Два дня назад, учитывая мою тихоходность, непредсказуемость погоды на горе в зимнее время мы приняли совместное решение подняться на ратраке до высоты 4 800 метров и оттуда уже начать восхождение на западную вершину 5 642 метра. Это, конечно, не есть хорошо, на тренировках я выше 4 200  метров не поднимался, да и скоростной подъём на ратраке с высоты  3 700 на 4 800 – это нарушение всех принципов постепенной акклиматизации. По-хорошему, на 1 000 метров высоты нужно в среднем сутки и идти надо своим ходом. Всё это Азнор мне доходчиво растолковал уже давно, но я решил рискнуть.
     И вот мы уже почти час, галсами медленно идём вверх, склон примерно 55 градусов и подниматься прямо нет никакой возможности. Весь мир для меня сконцентрировался в светлом пятне от моего налобного фонаря, и я вижу только свои ноги и пару метров страховочной верёвки, медленно ползущей передо мной, то влево, то вправо. Иногда я поднимаю голову и вижу Азнора в ярко-оранжевом пуховом комбинезоне, в руке у него ледоруб, и он в любую секунду готов врубиться в лёд, если я сорвусь со склона. Это,  возможно, поможет нам выжить, но, если сорвется он, то нам уже ничего не поможет, так как у меня в руках лыжные палки да и врубиться в склон при падении непросто, нужен опыт и постоянные тренировки.
        К концу второго часа восхождения я останавливаюсь на отдых уже через каждые 10  шагов,  а начинал с 20 –ти. Отдых мой становится всё продолжительней и продолжительней, к концу третьего часа я больше отдыхаю, чем иду вверх, и в результате  этого начинаю мёрзнуть на холодном ветру. Азнор постоянно спрашивает меня о самочувствии и явно обеспокоен слабым продвижением вверх. Когда мы перевалили за 5 100 метров, у меня начала болеть левая рука, появилась тяжесть в области сердца и самое неприятное и опасное было то, что  боль быстро перешла под левую лопатку, и появилось  желание лечь или хотя бы сесть, но сделать это было практически невозможно без риска сорваться со склона. Чувство страха  начало затуманивать мой мозг, и восхождение на вершину Эльбруса в один миг стало казаться глупой и опасной затеей. И я остатками  разума  понял, что подошёл вплотную к границе, которую переходить нельзя.
14-00Saxnov- mape
           Ситуацию можно сравнить с разгерметизацией самолета на большой высоте и единственное спасение  для пассажиров и экипажа срочный сброс высоты.
         Рассвет мы встретили  чуть выше скал Пастухова на высоте 4800 метров, откуда и начинали восхождение   пять часов назад, меня отпустило,  и открывшаяся с восходом солнца  невероятная  по красоте панорама Кавказского хребта  далеко внизу окончательно  вернула вкус жизни.
      Днем позже из гостиницы я написал короткое сообщение сразу в несколько адресов: «До вершины не дошел, «ЗДОХ» на 5 100 метров, жив, здоров, Сергей Сахнов».
Через несколько часов получил  ответы, начинающиеся словами: «Хорошо, что живой».
     P.S.  Страх, который мы в себе вызываем, самый сильный.
14-03IMG_1749
Tags: "Парус-FL", Жизнь после 60-ти., Журнал "Флорида"., Сергей Сахнов. Путешествия, Эльбрус
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments