Журнал "Флорида-RUS" (florida_rus) wrote,
Журнал "Флорида-RUS"
florida_rus

Приложение к журналу "Флорида" Ежемесячник "Парус - FL" - #11(46) -2013. Сергей Сахнов

ЖИЗНЬ ПОСЛЕ 60-ТИ

Об открытии новой рубрике «Жизнь после 60-ти» мы объявили в сентябрьском номере газеты в эпилоге беседы автора журнала «Флорида» бывшего моряка, а ныне писателя и журналиста Сергея Сальникова с его однокурсником по мореходному училищу капитаном дальнего плавания Сергеем Сахновым.
Кто такой капитан Сахнов и почему именно ему мы поручили такое ответственное дело – вести рубрику? Капитан Сахнов редкий, можно сказать, уникальный человек. Он из тех, кто сумел пронести свои детские мечты и грезы через всю жизнь. Их мало, таких людей. Это про них сказал когда-то один из плеяды великих путешественников покоритель морей Эрик де Бишоп: «Не тратьте понапрасну силы, пытаясь убедить нас, что мы сумасшедшие: мы сами это знаем».
Когда Сергей Сахнов сошел с мостика судна, которым управлял, он не захотел присоединяться к сонму пенсионеров-бездельников. И в 60-т с гаком отправился на велосипеде вокруг света. Потом были другие путешествия: по снегам Аляски, по льдам Байкала... Обо всем этом, но главное – о том, как достойно, ярко и по-юношески смело жить в любом возрасте Сергей Сахнов рассказывает нам в своей рубрике.

История Вторая.

        



                                                                            МОТИН  ДЕНЬ
         Моя  основная цель в ближайшие годы достичь Южный  полюс в одиночку на лыжах, буксируя за собой 100 килограммовые сани со снаряжением. Пройдя по зимней  Аляске  более 500  километров в 2011 году, я приобрел первый бесценный опыт и решил, что следующий поход будет по Байкалу в феврале 2013 года.
Почему Байкал ? Почему в феврале ?
Ответ прост. Это самое идеальное место для подготовки приполярных пеших путешествий. Открытое всем ветрам  огромное заснеженное озеро, с февральскими температурами ниже 30 градусов Цельсия  и высотой над уровнем моря в 540 метров  весьма сходны с условиями в районе Южного полюса в декабре(антарктическое лето) Высота над уровнем моря в районе Южного полюса 2800 метров.

14-Baikal

Четвертого февраля 2013 года я начал свой одиночный переход  от станции Слюдянка до поселка Хужир на острове Ольхон, планируя за 10 дней пройти 330 километров.  



Морозное утро пятого дня моего путешествия.
  Мерный скрип саней за спиной, необъятные просторы  зимнего Байкала приводят меня в прекрасное  настроение, впереди новый день и новые приключения. Через полчаса резвого хода впервые оглядываюсь назад и что я вижу: за моей спиной стоит огромная, черная кавказская овчарка по кличке Мотя, принадлежащая хозяину дома, в котором я  ночевал. Она молчит и вопросительно смотрит на  меня. Как умудрилась Мотя сорваться с цепи,  ума не приложу. Похоже, главное приключение этого  дня уже началось, мелькает мысль, и я не ошибся. Мотя садится на задние лапы, всем своим видом показывая, что мы тут остановились,  чтобы передохнуть немного и не более того,  и скоро вместе дружно пойдем дальше.
14-IMG_0373
   «Быстро! Марш домой! Сучка такая!» - кричу я и раздраженно машу лыжными палками. Мотя недоуменно и обиженно смотрит на меня, нехотя встает и делает несколько шагов по направлению к поселку Маритуй ( в переводе с бурятского – «Проклятое место»), потом останавливается.
   Я снова начинаю движение вперед, поминутно оглядываясь назад, черный одинокий  силуэт Моти потихоньку уменьшается и остается далеко позади. Я облегченно вздыхаю. Но,  как оказалось, рано обрадовался. Не прошло и полчаса, как Мотя снова оказалась в пяти метрах за моей спиной. Эта занимательная игра под названием «Уходи! Наша встреча была ошибкой!» продолжалась до тех пор, пока Маритуй не скрылся за ближайшим мысом. Теперь уже точно не отстанет и не уйдет домой; приходит в голову простая и ясная мысль, и я отстегиваю буксировочный ремень - пора перекусить, отдохнуть и решить, что делать с этой «черноволосой красавицей», поменявшей в одночасье свою «цепную» жизнь на свободу и путешествие по зимнему Байкалу.          Прежде всего, нужно подкрепиться, ведь ни я, ни моя новая спутница с утра ничего не ели и уже «отмахали» натощак 7 километров по льду Байкала. Мысль вернуться и таким образом доставить Мотю обратно домой, я отбросил сразу, так как будет потерян еще один день, а я выбился из своего расписания. Как-нибудь  разберемся по дороге.
   Достаю из мешка 330 граммовую банку говяжьей тушенки и, открыв, вываливаю содержимое прямо на лед. Через мгновение от мяса ничего не остается, банка вылизана до блеска, и на меня смотрят снова  все те же голодные глаза.
- Больше не могу тебе ничего дать сегодня, и так взял банку из аварийного запаса, - говорю я ей.
Мотя в упор и с надеждой продолжает смотреть  мне  прямо в глаза.  Я попытался  отрезать себе немного сала, но в мгновение ока Мотя подскочила и буквально вырвала острыми зубами  его из моих рук, немного поранив  при  этом мизинец на моей левой руке.  «Ну и чудо свалилось на мою голову, - думаю я раздраженно. - Ведь она, серьезно рассматривает любой кусок пищи в чужих руках или зубах, как личное оскорбление».
   Совсем недавно я с удовольствием пересказывал своим друзьям и знакомым  услышанный где-то шутливый совет: «Если вы хотите, чтобы вас любили искренне, заведите себе собаку». Я полагаю, предназначена эта мысль, скорее всего, мужчинам, потерявшим веру в бескорыстность женской любви. Но вот судя по поведению Моти, просто так даже собаки не любят, сначала накормите, напоите, а потом  они вас  и любовью одарят, и привязанностью. За все в этой жизни приходится платить, даже за собачью любовь.
.14-IMG_0404
Наконец нахожу выход, как, не подвергая себя опасности, немного поесть. Бросаю горсть сухарей, как можно дальше от себя, и, пока Мотя по очереди подбирает их,  я успеваю отрезать кусок сала и засунуть его  себе в рот. Мотя быстро возвращается ко мне и ревниво следит за тем, как я пережевываю пищу. Первый совместный  завтрак с «дамой» получился  несколько напряженным и беспокойным, а местами даже и опасным, но, как говорится,  стерпится-слюбится, постараемся избежать драк из-за «жратвы» в следующий  раз. Наливаю  воду  в крышку от термоса - она не пьет. Посмотрим, что будет дальше: мой аварийный запас продуктов не рассчитан на такое прожорливое существо, как Мотя, и это может стать проблемой в первый же день нашего совместного путешествия. По своему «чукотскому» опыту знаю, что большую  собаку,  живущую на  севере на природе, накормить «от пуза», как говорится, практически невозможно, да к этому никто и не стремится. Привал закончен; я иду вперед и уже не оглядываюсь, зная, что Мотя следует за мной. Я, кстати, был крайне удивлен такай настойчивостью, так как собаки, мягко сказать,  меня не любят, это было доказано ни один раз, поэтому я им плачу тем же, наверняка  в прошлой жизни я был котом, никакого более разумного объяснения этому  я придумать  не смог.
Вскоре мы с Мотей попадаем на  участки совершенно чистого от снега льда. Такая чернота под ногами, глубиной более тысячи метров, что просто дух захватывает и кажется, что идешь по поверхности воды - так прозрачен лед. Шипы на моих сапогах помогают мне без проблем передвигаться по чистому льду, но у моей спутницы все намного сложнее. Попав на чистый и скользкий  лед, Мотя из самоуверенной, уравновешенной и спокойной собаки превратилась в испуганное животное, дергающее невпопад всеми четырьмя конечностями в попытке найти точку опоры; ее грозные когти, бесполезные в данной обстановке, оставляют  едва заметные риски на гладком льду. Я беру ее за ошейник и волоком тащу  к ближайшей кромке заснеженного участка льда. Пережив нервное потрясение, Мотя ложится на снег и тяжело дышит; я сажусь на сани – привал. Почувствовав  твердую опору под ногами,  она встает, подходит ко мне, садится напротив на задние лапы и, видя, что я дремлю, тоже прикрывает свои овальные глаза. Так мы и дремали минут десять, пока не услышали шум проезжающего мимо нас автомобиля. Словно неведомая сила  сорвала Мотю с места и черной торпедой запустила наперерез машине; погоня, к счастью, длилась недолго: автомашина на большой скорости быстро исчезла за ближайшим мысом, и Мотя вернулась неспешно назад, тяжело отдуваясь, с чувством исполненного собачьего долга.
- Молодец, -  говорю я ей, - хорошо бегаешь, но зря, надо экономить силы - впереди долгий путь.
Короткий февральский день быстро идет к концу, позади 22 километра ледового пути, и Мотя начинает проявлять беспокойство: часто останавливается и подолгу смотрит назад в направлении, где давно скрылся Маритуй.  Спустя некоторое время,  она обгоняет меня и садится прямо передо мной, и мне приходится обходить ее то слева, то справа, затем она опять повторяет свой маневр, но теперь уже ложится поперек моей дороги. Все понятно - устала,  хочется есть, хочется домой?
- На цепи сидеть с гарантированной похлебкой и теплой собачьей будкой, конечно, спокойней и проще,  но уж больно скучно, – говорю я ей, - теперь уж терпи, сама напросилась на экстрим.
Придется идти вместе до острова Ольхон,  а это еще почти 260 километров и, как минимум,  девять  дней пути. Мне потребуется много  пищи  для Моти.
     Смирившись с присутствием нежданной попутчицы, я начинаю  мысленно планировать расход провианта: скорее всего, придется закупать продукты для нее в поселке Листвянка.
Надо сказать, за день тяжелого пути я уже начал привыкать к Моте, и мне даже  начала нравиться идея совместного путешествия. Но, как всегда, все пошло совсем не так, как я распланировал.
14-1IMG_0366
Слева на берегу просматривается несколько уютных домиков,  и из одной трубы идет  дымок - явный признак  тепла и уюта. Выскочившая нам навстречу  небольшая дворняжка, увидев Мотю, быстренько ретировалась за ближайший домик и опасливо наблюдала за нами, иногда нервно взлаивая.  Мы прошли собачью будку,  рядом с ней большая кастрюля почти полная замерзшей собачьей еды, Мотя с нежностью обнимает кастрюлю передними лапами и начинает с жадностью выгрызать содержимое. Через полчаса я тоже ужинаю в теплой кухне, и Татьяна, дежурная по станции, миловидная, гостеприимная  женщина весьма крупных  размеров, выслушав  мою историю,  говорит:
- Сергей, я знаю эту собаку -  она на людей бросается, она очень опасная.
   Татьяна  начинает  суетиться, чтобы избавить  меня и себя от присутствия Моти. Она делает несколько звонков по сотовому телефону, и участь Моти решена. В три часа ночи мы посадим Мотю на проходящий в сторону Слюдянки  двухвагонный поезд  под названием «Мотаня», а в Маритуе ее встретит хозяин. Я и рад, и не рад одновременно, что так все разрешилось с Мотей и, поблагодарив хозяйку за борщ с огромным куском мяса на кости, заваливаюсь спать, хотя поспать спокойно в эту ночь мне так и не удалось. Словно почувствовав что-то неладное, Мотя начала ломиться в дом. Для начала, острыми когтями она располосовала дерматиновую обивку наружной  двери, затем принялась  рвать на куски линолеум перед входной дверью, при этом, хозяйская собачонка, взятая в дом на ночь, как говорится, от греха подальше, тряслась мелкой дрожью. Мне пришлось выйти и успокоить Мотю, попрыгав в восторге вокруг меня, она устремилась по тропе, ведущей к Байкалу, потом вернулась и снова понеслась к озеру. «Бог ты мой, так она приглашает меня продолжать путешествие, не смотря на сильный мороз и ночное время», - мелькает у меня мысль.
До прихода поезда я так и не смог заснуть: мне казалось, что я совершаю предательство, отправляя Мотю домой назад на цепь, хотя сам - убежденный сторонник свободы и независимости. Удивительно, как  иногда происходит в жизни: вы вдруг начинаете любить существо, которое хочет быть рядом с вами и делить все трудности вашего пути.
      Поезд пришел по расписанию, мы с Татьяной вышли на перрон, я крепко держу Мотю за ошейник, открывается дверь вагона, и проводница, хорошая знакомая Татьяны, увидев Мотю, в ужасе кричит:
- Танька, да ты сдурела! Я думала - это нормальная собака, а это - настоящий волкодав! Не пущу-у-у!!! Она тут нас всех сожрет и не подавится.
На шум выходит машинист. Он предлагает посадить Мотю в пустующую кабину управления поезда противоположную от головы вагона.
Собрав все свои силы, я мертвой хваткой держу ошейник и делаю шаг в вагон, Мотя, напрягая мускулы, рвет меня в противоположную сторону, поэтому я хватаюсь за поручень вагона: собачьи лапы скользят по железному настилу, и я с трудом затаскиваю Мотю в маленькую кабину, а машинист захлопывает дверь. Все! Прощай свобода! Цепь победила! Я быстро, не оглядываясь, выхожу из вагона, в ушах стоит  тоскливый протяжный Мотин вой...

14-IMG_0454

    
Tags: Жизнь после 60-ти., Сергей Сахнов. Путешествия
Subscribe

  • ВЕЛИКИЕ ДЕТИ ПРИАЗОВЬЯ

    Как известно, всякая красивая ложь всегда ярче подлинного документа. Имеют право. Особенно, если эта ложь во спасение. Так Фанни…

  • ВСЕ И ВСЕГДА

    Если долго сидеть, прислонившись спиной к просоленному и обветренному бревну старого причала, кажется, что ты уходишь от берега в…

  • У НАС ТУТ КНИГИ НЕ ДЛЯ ЧТЕНИЯ

    Вот как Евгений Шварц пишет об одном из своих знакомых литературных критиках: "Настоящего понимания литературы он лишён. Есть в…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments