Журнал "Флорида-RUS" (florida_rus) wrote,
Журнал "Флорида-RUS"
florida_rus

Categories:

Александра Свиридова - «Чтоб они, суки, знали...»

Не пугайтесь. "Чтоб они, суки, знали..."- авторское название документального фильма о Варламе Шаламове. В прокате фильм имеет менее экспрессивное название «Несколько моих жизней».
Кто не видел, обязательно посмотрите. Потому что автор этого фильма – из тех редких наших современников, кто ни талант свой, ни жизнь не променял на подачки властей. Да, не ссучился!

Александра Свиридова – писатель, кинодраматург, режиссер, публицист. Она живет в Нью-Йорке. Сегодня Александре Свиридовой 60 лет. Низкий поклон, Вам, от всех Ваших кинозрителей и читателей, бывших, нынешних и будущих.

Отрывок из киноповести Александры Свиридовой мы планируем опубликовать в «Флориде» в одном из зимних номеров. А пока предлагаю фрагмент предъюбилейного интервью, которое провела с Мастером Марина Дайнеко на сайте "Мы - здесь".
Слушаю глупости президентов и про президентов и диву даюсь, глядя на то, во что вырождается прекрасная идея демократии, когда у нее отнято главное - точность трактовки. Я в юности занималась античностью и хорошо помню, что статус ДЕМОСА, допущенного к голосованию, имели только состоятельные мужчины-собственники. Рабы к выборам не допускались... Также помню, что в Америке отцами-основателями предусматривалась та же норма: голосовать имеет право белый мужчина, имеющий недвижимость. Дальше начались поправки в виде голосующих чёрных, женщин и нищих, включая меня. И теперь мы имеем... демократию в особо извращенной форме. Сегодня я жалобно прошу юных умников – будущее этой страны, - с которыми имею возможность говорить, потрудиться узаконить хотя бы одну простую норму: американские тюрьмы - для американцев. Остальных - осудить и депортировать. Так как по статистике на 10 заключенных – девять НЕ граждан, которые хоть и мерзавцы, но имеют всё, чего не имею я: бесплатное трёхразовое питание, бесплатное образование, бесплатную медицину. Можно деньги законопослушных налогоплательщиков тратить не на уголовников?.. Американская Фемида тоже должна быть только для американцев. Тогда не будет дебатироваться псевдогуманистами проблема условий содержания невинных на Гуантанамо. Отсидевших местных – хотелось бы лишать права голоса... Хоть на 5 лет. Тогда бы у нас был другой президент – это я знаю точно. В общем, ничего нового: та же самая идея люстрации, что была предметом моей тревоги в России, когда очень хотелось принять закон, не допускающий к участию в выборах чекистов и партийных функционеров, но несколько под другим углом. И не знал бы никто ни в лицо, ни по имени эту платяную вошь, постукивавшую в ГДР на своих. Но если Галину Старовойтову – мир её памяти - убили в том числе и за жёсткую позицию по части люстрации, то и здесь пристрелят точно так же любого, кто попробует ограничить в правах местную нечисть.

Все юношеские иллюзии об Америке развеиваются быстро. И всё же при всех здешних недочётах я знаю, что нахожусь в одной из лучших стран. Тем самым старым телом. А внутренне - я живу в том самом Херсоне, где родилась и прожила первые 18 лет. Те же убогие газеты с теми же ущербными редакторами, которые бессмертны, как зоологический вид. Сменился только собственник: не хергорисполком владеет газетой, а условная персона, столь же отвратительная, как представитель горисполкома. Печататься противно и стыдно, а строить свою трибуну, с которой сеять разумное-доброе-вечное - нелепо: здешний читатель голосует долларом за эти газеты. Что же, мешать им жить в любви?

Так что, выходит, русская эмиграция Америки разочаровала меня больше, чем Америка. Оказалось, что у меня были неосознанные ожидания: вот встречу тут близких по духу людей - тех, кто вырвался из неволи и дорожит свободой. И первое время, обращаясь к зрителю-слушателю-читателю, я полагала, что адресуюсь единомышленнику. Увы: когда в эфир и в дом стали гневно звонить с упрёками в непочтительном отношении к великой России, я поняла, что ошиблась.

Иногда вынуждена подать голос и подаю, так как случаются фестивали, приезжают блистательные мастера, мои нежно любимые друзья, и если я не переступлю через собственную брезгливость и не напечатаю диалог с ними, их визит в Америку останется незамеченным. То, что я называю своим «гетто», - это круг творческой интеллигенции, а она в любой стране имеет мало отношения к самой стране.

ОК – публиковаться противно, поэтому только когда очень нужно. Но что ж тогда? Ведь не писать невозможно? Тогда куда? В стол?

Не писать - возможно. Невозможно перестать думать и чувствовать. Писать вообще - это болезнь. Жаль, что никто не придумал лекарства от неё. Было бы много чище в ноосфере нашей бедной загаженной планеты. В 19-м веке лучшие французские перья осознавали эту форму деятельности, как недуг. Я всерьёз обсуждала эту проблему с хорошими специалистами. Они согласились, что в писании есть элемент маниакала, но коль скоро я этим занимаюсь с младых ногтей, мне рекомендовано было не останавливаться, так как маниакал не лечится - и если я не буду писать, то стану делать что-то другое. Менее безобидное. С тем же маниакальным упорством.

Писать в стол – тоже можно. Я этим занималась в той стране, могу и в этой... Снимать кино в стол трудно, но нынешняя техника может позволить и это. Я высовываюсь время от времени в Москве - люблю участвовать в анонимных конкурсах - без указания имени. Но подивилась себе, когда НЕ обрадовалась, победив: позвонила коллегам и спросила, почему снова я, почему нет молодых новых авторов? Ответ был невразумительным. Что-то писала за пристойные деньги для Первого канала. Сценарий, как всегда, закрыли. Смешно было слушать про то, что «дорого». С их-то деньгами - и отказаться от сериала о Юрии Гагарине? А так-то - пишу, делаю книжки, складываю в стопочку. Тоже - не для читателя, а для сына - чтоб ему после моей смерти не разгребать архив. Дело же не только в редакторах - читателя тоже нет. Потому - глас вопиющего в пустыне звучит: пустыня слышит. «Степь отпоёт», как говорил Велемир Хлебников ровно в моей Херсонской степи. Главное - сохраниться в этой атмосфере.

Как когда-то ставил вопрос Сергей Эйзенштейн: «Какая блядь придумала «радость творчества?» Действительно, какая?

- Мне грех сетовать, когда перед глазами не только Цветаева, которую я собирала по крохам в эмигрантских газетах Парижа в ту пору, когда совдепы ее не печатали, но любимая Елена Боннэр, для которой вся эта обученная грамоте челядь - имею в виду не только русскую, но и американскую прессу - не нашла места, чтобы дать ей колонку. Нам ли с вами это обсуждать, Марина, когда мы изобретали способы дать прозвучать её голосу? Мир её памяти. Так что... Всё это уже случалось с другими, более достойными. Я в полном порядке: на свободе, бумаги и карандашей хватает, новый лэп-топ подарили, сын и друзья участвуют в издании книг. Чего ещё? Телепрограмму раз в неделю? Она уже была. И её уже благополучно забыли. Полосу, разворот в газете? И это было. «Ты не видела самого страшного, - сказала мне однажды Валентина Терешкова. - Славы и денег». Она знала, о чём говорит.

Телепрограмма (для тех, кто не знает) – это «Совершенно секретно» с Артёмом Боровиком в начале 90-х, которую – все выпуски, абсолютно не утратившие своей актуальности, - здорово было бы перенести на DVD. Книги – которые, кстати, как всегда, купить негде – и лишь на сайте “LULU” их можно заказать. Да? Это и «Юз!», и «Свиток», и «Вдох рыбы на горе», и «Метаморфозы», и «Человек нашего круга», который, как мне показалось, лёг в основу недавно вышедшего на российский телеэкран сериала «Зоя»… Кстати, в Москве остался хоть кто-то, с кем можно посидеть за виртуальной чашкой чая и обсудить текущие события?

Фильм «Зоя» - не по моей книге, хотя я вернула тему убийства актрисы в контекст телепроизводителей. То, что стало сегодня книгой «Человек нашего круга», долго ходило по рукам в качестве моего же сценария для телесериала. Ставить его на Первом не рискнули, сказали: «Слишком жестко». Но предупреждали, что саму историю у меня украдут непременно, потому и советовали публиковать. И то, что сделано сегодня, – конечно, украдено на уровне первичного побудительного импульса. По сути, телесериал «Зоя» - это упрощённая история жизни и смерти Зои Фёдоровой, которую мне когда-то настойчиво рекомендовали сделать. И отказалась я по причине наличия совести: грех трогать этот материал, когда жива и в разуме родная любимая единственная дочь Виктория, потрудившаяся написать прекрасную книгу «Адмиральская дочь» и - я знаю! - вела переговоры об её экранизации. Потому - всякому, кто опознавал в том моём сценарии мотивы из жизни Зои Фёдоровой и предлагал "всю философию выкинуть" и делать историю Зои, я советовала обращаться к Вике. Увы мне.

Вся история убийства известной актрисы свела меня с ума тем, что её убил кто-то свой. Пара десятилетий понадобилась мне, чтобы додумать это до конца и выписать свою банальную историю о том, что нас всегда убивают свои. Многие знали это до меня. От «Артиллерия бьет по своим» любимого Александра Межирова до Джона Леннона, который за сутки до пули сказал в последнем интервью: «Королей всегда убивают придворные, а не враги». Так что... Даже неловко - я касалась темы Зои, но не про Зою моя история.

Воровать в России принято. Найдите в интернете фильм «Исповедь содержанки», сделанный без малого 20 лет назад по моему сценарию. (При всей его режиссёрской беспомощности он нашёл своего зрителя). А нынче, если вы попробуете вбить название в Гугле, откроется совсем другая обложка – некто Я. Рудковская, славная своими браками и внебрачными связями, назвала так свою «исповедь». Стыдобище: они не способны даже название себе найти оригинальное.

А в Москве, конечно, остались люди. Их мало, они стареют и болеют, и я страдаю, что не могу дотянуться и помочь им. Мой педагог ВГИКа - Людмила Кожинова и её муж - драматург Валентин Черных, замечательный кинокритик Ирина Шилова, написавшая предисловие к моей повести "Вдох рыбы". Математик по профессии и необыкновенно разносторонне одарённый от Бога друг многих поэтов-писателей-режиссеров-актеров Неля Пащенко, в замужестве Крейлина. Художница, подарившая мне иллюстрации к моим книгам, искусствовед и некогда главный редактор журнала "Декоративное искусство" Наташа Давыдова. Врач-анестезиолог в рабочее время и жена нескольких прекрасных кинематографистов в свободное от работы время Светлана Назарова - вот те считанные близкие, между кем я разрываюсь, наезжая всё реже в столицу. Дай им Бог сил и здоровья на ту реальность, в которой они живут. Я не смогла...

Профессиональные связи «студия-автор» разрушены, потому с текстами моими знакомятся только студенты Ирины Шиловой. Иногда моего уха достигают слухи о том, что кто-то что-то хотел бы поставить. Бог в помощь. Я сама искать пути к кормушке отказываюсь.

Сомневаться в качестве своих текстов у меня нет оснований: Майя Туровская - верховный судия - признала их профпригодными, и мне этого зеркала достаточно, чтобы, отразившись в нём, знать, что я есть и со мной всё в порядке. Мне повезло с Туровской в самом начале карьеры, когда девушкой юной на студии «Мосфильм» я сдавала сценарий, а она была приглашена для обсуждения, и - единственная - защищала его, объясняя собравшимся достоинства текста. Я запомнила, как её слушали в творческом объединении Михаила Ромма. Я - дитя авторитарного режима и знаю, что такое настоящий АВТОРИТЕТ.

А вот дайте совет, Саша, как оставаться авторитетом для своих детей, которые вроде бы растут, да как-то всё не вырастают.

- Уууу, поздно спросили. За этим надо следить с их года. И способ следить один: следить ЗА СОБОЙ, а не за ними. Нужно стараться оставаться интересным себе, тогда есть шанс быть интересным своему ребёнку... И, конечно, нужно быть на высоте... По части морального облика и принципов... Тогда есть шанс взрослому ребёнку сказать, как это делаю я: прости, что мне не удалось стать богатой и знаменитой, но я не сотрудничала с ублюдками. А верность принципам всегда чревата расплатой, и платить деньгами - не самый худший вариант. Да, у тебя не было очень часто морженного, но твоя мать не была «наци-колаборейтор». Странно, что у красных нет равного - советского - слова... Это, конечно, удивительное чувство, когда знаешь, что при всех взаимных несогласиях, которые случаются и должны быть, ребёнок будет стараться удержаться на уровне, когда не стыдно смотреть в глаза ни матери, ни себе. Хотя, признаюсь, чувство вины иногда гнетёт, что могла бы поступиться принципами. И с тем ничтожеством поздороваться, и с этим хамом примириться, быть снисходительнее к его убожеству. И было бы у мальчика столько мороженного - чтоб жопа слиплась. Правда, не было бы принципов. Но если не получается быть авторитетом - можно пытаться стать другом. Хотя друзей у наших детей хватает. Мама вот только ОДНА. Потому - оставайтесь мамой, - отсталой, провинциальной, не понимающей многих вещей здесь и сейчас. Просите помощи, если не справляетесь. И не бойтесь быть беспомощной. Я мальчику давно прочитала стишок Вознесенского: «Матери сиротеют - дети их покидают. Ты мой ребенок, мама. Брошенный мой ребенок». А на самом деле я понятия не имею, как быть авторитетом вообще кому-то.

Давайте вот за это и выпьем! Чтоб не сиротеть! И за детей наших – пускай они будут счастливы и здоровы. Где бы они ни находились. Вот такое моё вам юбилейное пожелание, Саша. Ну и подарить вам хочется… Читателя. Такого хорошего, понимающего, вдумчивого читателя. И чтоб много…

Спасибо, Марина. Много читателя не бывает. Бывает много водки... Мы живем в эпоху интеллектуальной коррупции – когда назначают в гении, а индустрия СМИ работает над тем, что «затачивает» читателя на писателя, а писателя «раскручивает» под читателя. Механизмы работы попсы известны. Я же взялась поставить эксперимент на живом человеке и возразить товарищу Ленину – проверить эмпирическим путём, можно ли жить в обществе и быть свободным от общества. Отвечаю: можно. Товарищ Ленин не учёл, что помимо масс, всегда остаётся ещё одинокий голос человека, имеющий право на индивидуальную судьбу. Он погрузил на «философский корабль» и выслал тех, кто не хотел петь хором. А я сама ушла в «одиночное плавание».

Плюс - хотелось не только писать, но ещё и попробовать создать прецедент в советской культуре середины семидесятых: быть простой тёткой с авоськой, которая способна стать женой, матерью и ещё немножечко писать по вечерам. Оказалось, ничего особенного в такой задаче нет: именно так воспитывали еврейского ребенка в антисемитском советском союзе: ты должен уметь всё, что умеют все, но чуть лучше.

И хочу вернуться к началу нашего разговора – к грекам. В моих венах течет их кровь – я даже названа Александрой в честь прабабушки-гречанки, но в 60 лет я обращена в сторону любимого учения – индуизма. Кастовость той страны почитает пишущего человека выше, чем правителя. Пищущий – брахман, а глава правительства избирается из воинов – кшатриев. И пишущему рекомендовано осознавать, что если его душа достаточно созрела для того, чтобы родиться в одной из высших каст - брахманов, кшатриев или вайшьев, то судьба его заранее делится на четыре стадии. Каждая - продолжительностью лет в двадцать-двадцать пять. Сначала он ученик, потом – домохозяин, строитель своей собственной семьи, а когда «поседеют виски старшего сына», положено постепенно отходить от дел, вести отшельнический образ жизни, больше времени уделить молитвам...

А на четвёртой стадии, как пишет нежно любимая мною индолог и переводчик Мириам Львовна Салганик, которая познакомила меня с Индией, - «надо покинуть дом, отказаться от всех привязанностей и даже от собственного имени, и скитаться, питаясь подаянием. Теперь он (индус) - санньяси: «Принося себя в жертву себе, любя себя, играя с собой, доверяясь себе, он отрешается от всех внешних связей, стараясь в себе возжечь ритуальные огни и не совершать более никаких жертвоприношений, кроме внутренних». Надо сказать, не всякому на такое достает решимости…» - конец цитаты.

Вот что такое на самом деле 60...
Вопросы задавала Марина Дайнеко, Нью-Йорк
Tags: Александра Свиридова, кино, литература, юбилей
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • ФУТБОЛЬНЫЙ ПЕРЕКРЕСТОК

    С недавних пор известная шутка об отце, у которого была два сына: умный и футболист, подверглась серьезной редактуре. Теперь…

  • ГОСТИНЕЦ 2021

    Сейчас это слово стало архаикой и ушло из употребления, а раньше главную дорогу так и называли – «гостинец». В Майами таких…

  • БИГ МАК В ПРЕВОСХОДНОЙ СТЕПЕНИ

    Даже те из вас, кто на пушечный выстрел не подпускает к себе фастфудные рестораны, непременно посетит этот Макдональдс. Из…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments